Не числом, а умением

Небольшая обнинская инновационная компания ООО «Аэрофильтр» уже более десяти лет эффективно работает на нужды отечественной атомной отрасли – в России нет ни одной АЭС, где не применялось бы созданное ею фильтровальное оборудование. Впрочем, не только на АЭС и не только в России…
Об истории успеха компании ООО «Аэрофильтр» мы беседуем с ее генеральным директором Леонидом Катухиным.

Корр. Леонид Федорович, откуда есть пошел «Аэрофильтр»?

Катухин. Забегая вперед, скажу, что своему успеху на рынке Росатома, а также на внешних рынках компания «Аэрофильтр» обязана прежде всего своему происхождению. Компания вышла из Обнинского центра наук и технологий (ОЦНТ), ключевым учредителем которого является ГНЦ РФ-ФЭИ. Тесное научно-техническое взаимодействие с Физико-энергетическим институтом не прекращается с момента основания «Аэрофильтра», и уже сейчас мы выступаем для ГНЦ-РФ ФЭИ заказчиком. Теперь мы партнеры, хотя и разновеликие. Мы сотрудничаем, потому что обеим сторонам это выгодно.
Но вернемся к началу. В 1998 году в госкорпорации Росатом была разработана так называемая аэрозольная программа – нужно было переходить на фильтровальное оборудование нового поколения, потому что прежнее оборудование морально и технологически устарело и уже не соответствовало ни требованиям экологии, ни требованиям МАГАТЭ. В этой аэрозольной программе участвовал ГНЦ РФ-ФЭИ, и практически в это же время был создан и ОЦНТ, который не только занимался производством оборудования, но взял на себя заботы по коммерциализации технологии аэрозольного фильтрования. Однако в начале 2000-х годов в результате внутрикорпоративного конфликта в ОЦНТ эту технологию попросту «увели». Впрочем, тогда это была даже не технология, а только лишь ее модель – новый подход к фильтрации радиоактивных веществ.

Корр. Но ведь для любого предприятия заниматься сразу двумя задачами – производством и коммерциализацией – крайне сложно…

Катухин. Да, именно так. В процессе работы у нас возникало много не только инженерно-конструкторских, но и менеджерских задач. И стало понятно, что эффективно заниматься одновременно двумя делами в рамках ОЦНТ невозможно. Тогда и было создано предприятие ООО «Аэрофильтр», было принято решение выделить производственную структуру из ОЦНТ в самостоятельную единицу с правом пользования конструкторской документацией и обязательством отчислять проценты от выручки в пользу ОЦНТ. Мало того, реагируя на рынок Росатома, мы были вынуждены принимать его условия — мы стали разрабатывать собственные модели фильтровального оборудования.

Корр. Насколько успешно это вам удалось?

Катухин. В настоящее время в атомном комплексе России используется 26 видов фильтров. Компания ООО «Аэрофильтр» производит все виды этих фильтров, на 19 из которых у нее имеются патенты. Эти разработки являются нашей интеллектуальной собственностью. Но это вовсе не означает, что мы создали ее, сидя в кабинете. Мы привлекали к работе широкий круг инженеров и исследователей – все они, а также их наследники получают свои роялти. За изобретение в течение 25 лет, за полезную модель – в течение 10 лет. Получают свои проценты и менеджеры, способствовавшие продвижению того или иного изобретения на рынке.

Корр. На каких еще рынках, кроме рынка Росатома, востребовано фильтровальное оборудование, производимое компанией ООО «Аэрофильтр»?

Катухин. Наши внешние рынки — это химическая промышленность, металлургия, фармацевтика, рынок метрологии – мы на собственном оборудовании тестируем фильтры для этой отрасли. Удивляться не нужно, ведь аэрозольные фильтры — они многоцелевые, а не только исключительно для атомной энергетики. Когда мы начинали создавать фильтровальное оборудование, мы не представляли, какие необычные и сложные задачи нам придется решать.

Корр. Кто вас к этому побуждает?
Катухин. Побуждает нас к этому политика госкорпорации Росатом в том числе. Так, некоторые свои проблемы Росатом перекладывает на поставщиков. Например, получение качественной продукции. Госкорпорация хочет получать качественные фильтры и своими документами вынуждает, чтобы каждый изготовитель имел свое собственное тестирующее оборудование. Хотя сам Росатом мог бы построить, образно выражаясь, свой ОТК и построить его очень быстро. В итоге же нам приходится строить свое дорогостоящее тестовое оборудование, а это лишние затраты, которые включаются в конечную цену изделия, в связи с чем наша маржа снижается. Росатом вроде бы экономит, но это ложная экономия. Мы же вынуждены решать задачи, которые решать не должны. Чтобы проверять изделие на финише необходимо громадное, дорогостоящее оборудование. Между тем, мы такой стенд для проверки аэрозольных фильтров сделали сами, получив федеральное финансирование от Фонда содействия инновациям.

Также за свои деньги мы сделали стенд для тестирования йодных фильтров, заключив договор на его создание с Российским химико-технологическим университетом им. Д.И. Менделеева. Этот стенд полностью автоматизирован, его невозможно обмануть. Надо сказать, что подобного стендового оборудования кроме нас нет ни у кого в России. И никакой науки здесь нет – есть просто качественная инженерная работа.

Корр. Однако отечественная атомная отрасль не стоит на месте, а стремится к внутреннему расширению и к зарубежной экспансии. Как на это реагирует ООО «Аэрофильтр»?

Катухин. Да, существуют тренды, которые необходимо вовремя улавливать. Четыре года назад наша компания решила сделать ставку на агрессивную диверсификацию – разработку, изготовление и поставку фильтровального оборудования для атомного ледокольного флота. Мы выиграли открытый конкурс, заявив цену в четыре раза ниже, чем у наших французских конкурентов. В итоге, в настоящий момент на всех трех атомных – «Арктика», «Сибирь» и «Урал» — стоит наше, обнинское фильтровальное оборудование. Хорошая перспектива у компании и на атомные ледоколы проекта «Лидер», что будут строить на заводе «Звезда» на Дальнем востоке. Также наши фильтровальные модули будут применяться и на плавучих АЭС проекта «Ломоносов».
Если говорить о зарубежной атомной экспансии России, то ООО «Аэрофильтр» в ней тоже активно участвует.

Атомстройэкспорт, являющееся дочернем предприятием Росатома, активно строит атомные станции на зарубежных рынках. И нет ни одной зарубежной АЭС, где бы мы не участвовали: это и АЭС «Куданкулан» в Индии, и АЭС «Руппур» в Бангладеш, и фильтровальный модуль второго блока на Белорусской АЭС, и предпроектные работы на АЭС «Аккую» в Турции, и преддоговорная работа по первой АЭС в Египте «эд-Дабаа»… И всем этим занимается наша небольшая, но очень эффективная компания.

Беседовал Сергей Коротков

Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.