. Обнинский Вестник » Публикации » Испания далекая и близкая
Главная » Последние публикации

Испания далекая и близкая

1 июля 2011 Нет комментариев

Сейчас, когда мир становится всё более открыт и постижим, особенно радует взаимная распахнутость стран, обращённость к России, перекрёстное изучение обычаев, культуры, искусства. Текущий год в нашей стране проходит под пристальным вниманием к таким странам, как Испания, Италия. Я предлагаю их не смешивать, и пока обратить наши взоры на Испанию, тем более, что я уже выбрала среди «толстых» журналов ту литературу, о которой стоит поговорить.
Начнём нашу беседу с журнала «Нева» (2011, №2), опубликовавшего пьесу Хуана Майорга «Любовные письма к Сталину» в переводе Евгения Шторна. Вот поистине прямое попадание в нашу тему. Сразу же вспомним Михаила Булгакова, 120-летие со дня рождения которого широко отмечали в эти майские цветущие дни. Более семи десятилетий назад будущий автор «Мастера и Маргариты», устав от травли, организованной против него коллегами по цеху, написал несколько писем правительству СССР и лично товарищу Сталину, называя вещи своими именами и ничего не приукрашивая. А семь десятилетий спустя на далёком от Патриарших прудов Пиренейском полуострове «звёздный» драматург Хуан Майорга создал об этом свою пьесу, показав реального человека, не знающего, что делать с собственной жизнью. Вышло это по-гоголевски пронзительно и жутко, талантливо и беспощадно. Собственно, убедительность на чужом для автора материале сильна потому, что он написал пьесу о самом себе, вернее, о том, что стало бы с ним, будь он на месте Булгакова.
Хуан Майорга родился в 1965 году в Мадриде. По образованию математик, философ, эссеист, публицист, драматург. Он автор более сорока театральных текстов. С 1998 года преподаёт драматургию и философию в Королевском высшем училище драматического искусства в Мадриде. Его пьесы ставят, о них говорит сначала богема, а затем и вся страна. Он черпает не столько из жизни, сколько из накопленного литературно-философского багажа. Оттого и реальность, создаваемая им, не реалистическая, а, скорее, фантасмагорическая, провокационная, но злободневная. Наверное, этим обуславливается его удивительная для драматурга популярность и занятость.
Однако вернёмся к нашей пьесе. В основу её положены письма, написанные по-русски, что позволяет автору, а также переводчику, считать соавторами Булгакова и Замятина, которым они принадлежат. Это даже пьеса не о том, как поссорились Михаил Афанасьевич с Иосифом Виссарионовичем, а о затравленном и растерянном художнике, сходящем с ума от собственного бессилия перед натиском абсолютной власти. Абсолютной настолько, что жертва влюбляется в своего тирана. Абсолютной настолько, что и сам тиран не в силах устоять перед перверсивной любовью жертвы. Говорят, что от любви до ненависти один шаг. Значит, пространство данной пьесы есть пространство, вмещаемое в этот шаг. Но это не меньше, чем история одного безумия. Это пьеса о нас с вами, которых нет в пьесе, что тоже - неспроста. Наконец, это пьеса о России, такой страшной и притягательной, такой далёкой и холодной для молодого испанца, но такой близкой и родной для запрещаемого, игнорируемого искреннего писателя. Почему Майорга так проникся нашим материалом? Думаю, он дал ему возможность ухватить самую суть Великой Истории и убедительно показать историю маленькую.
Вообще, знакомясь жизнью великих людей, удивительным образом захватываешь и всё иное, окружающее. В этом легко убедиться, обратясь к ещё одному журналу, в котором Исабель Гарсиа Лорка предлагает нам главы из своей будущей книги «Память моя, память» («Иностранная литература», 2010, №9). После долгого молчания и колебаний только в 75 лет сестра горячо любимого нами поэта Федерико Гарсиа Лорки решилась взяться за мемуары. Это не исповедь и не автобиография, а скорее – воскрешение исчезнувшего мира, о котором, кроме неё, некому вспомнить: сад с редкими в то время разноцветными анемонами, испанские мелодии, препирательства няни Долорес с мамой в патио, откуда протянулась в детскую ленточка света с парящими пылинками…
Исабель Гарсиа Лорка почти ничего не пишет о брате впрямую, но её окольный, интуитивно найденный путь неизбежно приводит к нему. И оказывается вернее. Она рассказывает о местных чудаках и соседях, своих родных и не очень, кто становился прототипами творчества Федерико. Они ей не менее интересны, чем были интересны ему. Он мог их слушать часами. Вот и она тоже умеет и слушать, и быть зоркой.
Между той, что писала воспоминания, и девочкой, которую брат учил музыке, целая жизнь: утрата родных и потеря родины, долгая горечь эмиграции и одиночество возвращения, и – другая, тоже оказавшаяся долгой, жизнь в другой Испании. Между ней и той девочкой – такая же пропасть времени, что между нею и так рано погибшим Федерико, которого она, младшая, стала в два раза старше.
Неужели и правда, только памятью держится пресловутая самоидентификация, а если нет, то что же ещё связывает Исабелиту с доньей Исабель, когда она, вглядываясь в глубь прошлого – и не прошедшего – времени, видит ту девочку у пианино, и сад за окном, завешенным кисеёй, шелестящей под утренним ветром?
Но пока мы в самом начале, в детстве, - на первых страницах, которые подкреплены замечательными фотографиям, цитатами известных литераторов, стихами брата. Вместе с автором мы поражаемся гармонии натуры Федерико: как созвучны его поэзия, его жизнь и он сам. Именно он рассекает пелену времени своим словом и возвращает сестре драгоценные мгновения прожитой жизни. Перевод с испанского сделан Н. Малиновской.
Далее, по воле публикаций, из Испании литературной мы перемещаемся в Испанию духовную, не зря же русских путешественников издавна привлекали её древние церковные традиции. Нашим гидом будет Архимандрит Августин в эссе «Достигли мы ворот Севиллы!» («Нева», 2011, №5).
Итак, в Западной Европе в эпоху Реформации, а в России – во времена реформ Петра 1 были упразднены многие торжественные церковные мистерии. И лишь на Иберийском полуострове всё оставалось неизменным.
Известный русский художник Константин Коровин, побывавший в Испании в 1888 году, вспоминал один из таких эпизодов в Валенсии: «На площади я увидел что-то вроде нашего крестного хода. Много духовенства. Несут большое распятие. В серебряных облачениях, с красным на груди; идёт много молодых певчих. Пение и колокольный звон напоминали Россию».
Большую ценность приобретают свидетельства тех очевидцев, которые бывали в Испании в дни проведения праздничных процессий. И таковых паломников набирается прилично: М. Волошин, Л. Никулин, В. Верещагин, И. Яковлев… Не буду всех перечислять. «Испанцы любят всевозможные уличные процессии, главным образом, религиозного характера, - сообщал один из русских испановедов в начале ХХ века Н. Лебедев. – Самые интересные из этих процессий происходят на Страстной неделе, особенно славятся процессии, устраиваемые в Севилье».
Перед паломниками, собравшимися на улицах Севильи, разворачиваются евангельские события, связанные с крестной жертвой Иисуса Христа. В наше время от театрализованных действ тоже осталось немало интересного. Но подробнее об этом, если хотите, вам расскажет в своём труде Архимандрит Августин, доцент Санкт-Петербургской Духовной академии.
Согласитесь, печатное слово сокращает расстояния, позволяет нам без денег и виз преодолевать любые, даже временнЫе, отрезки. Почему бы этим не воспользоваться, посетив любую из библиотек нашего города, где вас ждёт увлекательная и полезная литература? Давайте продолжим наше путешествие по Испании!

И пока вы думаете и выбираете время, на этой волне я прочту вам свои стихи:
Испанка – буквально скелет,
Обряженный в пышные юбки.
Торчащие скулы. Ей лет
Под сто где-то, этой голубке.
Но вдруг оживает она
Костяшками пальцев, плечами –
Под музыку. Как сатана
Вращает своими очами.
Волнуются, словно костёр,
Оборки, подбоем темнея.
Стремительный тореадор,
Сразивший быка, - перед нею.
Застёгнуты, как на замок,
Суровые губы. Но споро
Стучат каблуки. Вот – поток
Реки горной их разговора!
Сердца – в том же ритме. Накал
Всё выше… Мурашки – по коже!
Он жарче, она – всё моложе…
И непредсказуем финал.

Э. Частикова, заведующая читальным залом Центральной библиотеки

Вниманию горожан:
Интернет-магазин skat.kiev.ua предлагает свой товар: сумка из кожи крокодила, портмоне из кожи ската а также ремни, клатчи, портфели, дипломаты из натуральной кожи. Широкий ассортимент, низкие цены! На летний период действует пятипроцентная скидка на все товары!